Моя соседка взяла за привычку одалживать соль, сахар и яйца — но никогда их не возвращала. Когда она пришла просить муку, я вручила ей счет за всё…”
Есть пословица: «Простота хуже воровства». Я никогда по-настоящему не понимала, что это значит, но жизнь объяснила мне очень доходчиво.
Примерно шесть месяцев назад в квартиру напротив переехала новая соседка. Женщина лет сорока, всегда ухоженная и улыбчивая. Мы пару раз пересекались у лифта, здоровались — обычное соседское общение.
В первый раз она позвонила в мою дверь примерно через две недели после переезда. Было около девяти вечера. Я открыла дверь. Светлана стояла с виноватой улыбкой и пустой чашкой в руках.
“Ой, извините, что беспокою,” — защебетала она. — “Представьте, начала делать блины, тесто уже замешано, а соль закончилась! Можете одолжить щепотку? Я завтра куплю и сразу верну!”
Кто откажет в такой мелочи? Конечно, я насыпала ей полсолонки, она поблагодарила и ушла.
Я относилась к ней по-доброму, а она мне морковку не дала бы.
Второй раз она пришла через три дня. На этот раз Светлане понадобился сахар.
“Так захотелось чаю, а в магазин поздно идти, и дождь,” пожаловалась она, закутавшись в уютный халат. “Можно одолжить стакан? Я к зарплате куплю большой пакет и верну!”
Это было несложно, но тут у меня уже появились сомнения. Она жила здесь почти месяц. Неужели нельзя сходить хотя бы раз в супермаркет на первом этаже нашего дома и купить самое необходимое? Соль, сахар, спички, масло — это бытовая база. Но я отогнала эти мысли, не хотела быть мелочной.
Через неделю ей понадобились яйца.
“Решила сделать омлет, открыла холодильник — а там пусто! Можешь одолжить парочку?”
Через несколько дней:
“Слушай, у тебя не найдется подсолнечного масла? Грамм сто, чтобы плеснуть на сковородку.”
Потом — лук, пол-лимона, пакетик чая, таблетка от головы и даже туалетная бумага.
Схема всегда была одна: вечер, виноватая улыбка, рассказ, как “засуетилась и забыла купить”, и обещание “завтра вернуть, как схожу в магазин”.
Но ничего из этого мне никогда не возвращалось. У Светланы была поразительно избирательная память. Она прекрасно помнила, что я работаю из дома и почти всегда бываю на месте, но напрочь забывала о долгах сразу после того, как за ней закрывалась моя дверь.
Однажды сама понадобилась морковка для супа. Знала, что Светлана дома. Позвонила к ней. Она открыла, выслушала просьбу и удивленно раскрыла глаза.
“Ой, знаешь, у меня есть одна, но я как раз готовить собираюсь, у меня самой впритык. Прости, не могу дать.”
И захлопнула дверь.
Вот тут я по-настоящему разозлилась. Значит, мои яйца и масло — это “общее”, а её морковь — стратегический запас? Тут я решила: хватит. Больше ничего не даю. Надоело.
Я завела тетрадку и записала всё, что брала соседка: яйца, сахар, кофе, лимон, лук, порошок. На круг, если перевести в деньги — вышло около 1000.
Лист с расчетами я положила в прихожей на тумбочку. Знала: скоро пригодится. Интуиция не подвела.
“Я всё посчитала. Ты мне должна 950.”
В субботу я собралась печь пирог и была уже настроена поругаться. Тут — звонок в дверь. Смотрю в глазок. Светлана. Стоит с миской.
Я глубоко вздохнула, надела самое вежливое, но холодное выражение лица и открыла дверь.
“Привет!” — бодро начала она, даже не спросив, как у меня дела. “Слушай, выручишь ещё? Решила пожарить оладьи, кефир вот-вот испортится, а муки нет! Представляешь? Отсыпь граммов триста, а? Я потом не останусь в долгу!”
“Мука, значит?” — переспросила я, не пуская её внутрь. “Конечно, есть.”
“Отлично! Ну ты же меня знаешь, я верну!”
“Конечно, Света. Вот именно поэтому сначала закроем итоги нашей прошлой кооперации.”
Я взяла свой подготовленный листок с тумбочки. Светлана моргнула удивленно за накладными ресницами. Ясно, что не понимала, что происходит. Обычно я молча шла на кухню и выносила ей дары. А тут — переговоры.
“Смотри,” — начала я, показывая ей список. “Вот я записала всё, что ты у меня брала за два месяца. Проверим. Яиц — пятнадцать. Так?”
“Ну… я не считала…” — промямлила она, улыбка стала сползать.
“А я считала. Сахар — четыре стакана, масло, кофе, стиральный порошок, лук. Помнишь?”
Она молчала. В глазах я читала смесь растерянности и нарастающего раздражения. Как я могу так? Я же соседка!
“Я всё считала по средним рыночным ценам,” — продолжила я. “Я даже сделала тебе скидку. Итого ты мне должна 950.”
Я протянула руку ладонью вверх.
“Как только устраним этот дефицит, с удовольствием отсыплю муки. Могу даже просеять тебе.”
“Ты серьёзно?” — наконец выдавила она. Голос изменился. “Ты мне счет принесла? За соль и спички? Ты в порядке вообще?”
“Абсолютно,” — кивнула я. “Считаю, что честно. Ты брала продукты с обещанием вернуть. Ты никогда ничего не возвращала. Значит, это уже не заём — это, по сути, покупка в долг. Я просто прошу заплатить за товар.”
В конце поста написано:
“Продолжение читайте в комментариях.”